Региональные бюджеты под давлением: что может развернуть тренд
Пока одни области едва сводят концы с концами, другие неожиданно вырываются в лидеры — и это не только про цифры в отчетах, но и про реальные решения. На днях на экспертной площадке прозвучали конкретные условия, при которых удастся ослабить дефицит региональных бюджетов и стабилизировать доходную базу. Ключевая мысль: без пересмотра параметров денежно-кредитной политики и более справедливого межбюджетного распределения чудес не будет (подробности здесь).
Сигналы со стороны экономики неоднозначны: перегрев 2024 года сменился охлаждением и замедлением роста в 2025-м. При этом занятость остается высокой, но бизнес жалуется на дорогие кредиты и растущие неплатежи, а половина регионов к началу осени уже фиксировала дефицит.
Где тонко — там рвется: текущая картина по округам
Урал сегодня словно в миниатюре отражает общероссийские тенденции. Ресурсодобывающие территории — ЯНАО и Югра — ушли в минус по промышленности, а металлургическая Челябинская область испытывает наибольшее давление. На контрасте — Курганская область, которая благодаря гособоронзаказу нарастила промышленный выпуск примерно на четверть с начала года. Свердловская область — единственная в округе, показавшая устойчивый рост в строительстве и сегменте HoReCa.
Почему это важно для бюджетов
Снижение темпов промышленности и инвестиций автоматически бьет по налоговой базе: падают поступления по налогу на прибыль и замедляется рост НДФЛ из‑за торможения «зарплатной гонки». Итог — все больше казначейских «дефиситов» на карте страны.
Четыре условия для сжатия дефицита
1) Смягчение денежно‑кредитной политики
По оценкам участников дискуссии, до 40% прибыли компаний уходит на обслуживание кредитов — при такой цене денег инвестировать в расширение и модернизацию производства попросту невыгодно. Снижение ключевой ставки снизит стоимость заимствований, оживит оборотный капитал и поддержит налоговые поступления от растущей выручки и прибыли.
Для бизнеса, уже набравшего дорогие кредиты, рабочим решением может стать рефинансирование — это частная мера на уровне компании, но в сумме она уменьшает процентную нагрузку по региону.
2) Справедливое перераспределение в пользу регионов‑доноров
Экспортеры потеряли свыше 5 трлн руб. доходов из‑за укрепления рубля; часть этого «проседания» транслировалась в региональные бюджеты. В такой ситуации макроэкономисты видят смысл корректировать межбюджетные механизмы так, чтобы доноры меньше теряли на федеральной «перекладке» и получали больше стимулов оставлять инвестиции дома. Параллельно — развивать межрегиональные консорциумы под инфраструктурные проекты, включая малую авиацию.
К слову, на динамику доходов влияет и валютная траектория. За ней следят не только экспортеры, но и региональные финансисты: ориентирами служат Курс рубля и рыночные котировки Доллара США (USD).
3) Ускорение технологического обновления
Каждая вторая компания уже заменила импортные компоненты, но автоматизация все еще низкая: у шести из десяти предприятий она не превышает 50%. Барьеры — и в регуляторике, и в кадровом дефиците. Снятие нормативных ограничений на роботизацию и адресная подготовка специалистов напрямую повышают производительность, а значит — зарплаты и налоговую базу регионов.
4) Адресные федеральные трансферты — когда кредит недоступен
При дорогих деньгах субъекты объективно больше зависят от трансфертов. Эксперты предлагают увязывать поддержку с реальными проектами роста — логистикой, индустриальными парками, локализацией поставщиков для крупных якорей. Тогда каждый рубль трансферта умножает частные вложения и расширяет налоговую воронку.
Что делать прямо сейчас: тактика «быстрых побед»
— Перепрошить региональные программы развития под «короткие циклы» 6–12 месяцев: быстро запускаемые линии, локальная логистика, импортонезависимые комплектующие. Это дает налоговый эффект уже в текущем финансовом году.
— Поддержать оборотный капитал через региональные гарантийные инструменты и субсидирование процентной ставки по приоритетным отраслям — там, где эффект на занятость и НДФЛ максимален.
— Убрать избыточные требования к присутствию человека на рабочих местах, которые рациональнее отдать роботам. Такие правки стоят копейки, а высвобождают производительность.
Что дальше с доходами: на что закладываться в бюджетах‑2026
Эксперты признают: при «жесткой» ставке в коридоре 12–19,5% в 2026 году инвестиционной волны не будет — это плохо бьется с целями техлидерства и стройки. Оптимистичный сценарий — начало смягчения политики после публикации закрывающей статистики за 2025 год (ожидаемо во II квартале 2026‑го). Тогда можно рассчитывать на снижение доли процентных выплат в прибыли и постепенное оживление инвестиций.
Чтобы не терять темп, региональным казначействам стоит активнее прорабатывать доходные меры, связанные с внутренним спросом: развитие HoReCa, локального туризма, а также поддержка жилищного строительства (ипотечные сервисы вроде Домклик и семейных программ С первоначальным взносом 10% могут выступать мультипликатором смежных отраслей).
Валютный контекст и чувствительность регионов
Сильный рубль ослабляет экспортные доходы, зато удешевляет импорт технологического оборудования. Баланс интересов тут тонкий: импорт для модернизации — плюс к будущим налогам, но краткосрочно бюджеты теряют на НДПИ и прибыли экспортеров. Поэтому региональные стратегии должны учитывать сценарии по Китайскому юаню (CNY) и Евро (EUR), а также реагировать на изменения акцизов и тарифов ЖКХ, которые напрямую бьют по инфляции и потреблению.
Вывод
Сокращение дефицитов — это не про одно волшебное решение. Нужна комбинация: мягче ставка, понятнее правила для автоматизации, честнее распределение доходов между центром и территориями, плюс адресные трансферты на проекты с высокой окупаемостью. Те регионы, кто быстрее соберет этот «пазл», уже в 2026 году увидят заметное улучшение бюджетного баланса.
