Региональные финансы Сибири: почему «дырка» в бюджетах растет
В сибирских субъектах на финише бюджетного цикла все заметнее разрыв между обязательствами и реальными доходами. Пока одни правительства корректируют планы и затягивают пояс, другие уже закладывают рост заимствований и пересматривают налоговые преференции. Обсуждение стало особенно острым после свежего обзора «Российской газеты», где собраны ключевые параметры и акценты для регионов СФО (подробности на страницах издания).
Ситуация неоднородна: у Томской области — амбиция сохранить бездефицитность, но по итогам десяти месяцев 2025-го фактический разрыв все же проявился; в Омской области и Республике Алтай дефицит планируется минимальным; в Новосибирской и Красноярской областях давление на расходы и долг уже ощутимо. На этом фоне бизнесу и жителям важно понимать, что именно тянет бюджеты вниз и какие решения обсуждают власти.
Общая картина: расходы перегоняют доходы
Сразу несколько факторов одновременно давят на региональные кассы: высокая ключевая ставка удорожает обслуживание долга, сырьевые рынки качают экспортные отрасли, а санкционная среда ухудшает предсказуемость потоков. В таком климате проще всего закрывать кассовые разрывы за счет новых займов, сложнее — ускорять рост собственной доходной базы, как отмечается в материале «РГ». В итоге большинство субъектов Сибири закладывают дефицит и ищут баланс между секвестром и инвестициями в рост — от инфраструктуры до поддержки промышленности (см. обзор «РГ» по регионам СФО по состоянию на 4 декабря 2025 года).
Томская попытка баланса: бездефицитность под давлением
Томская область второй год подряд стремится к «нулю» по дефициту. Однако за январь—октябрь 2025-го расходы превысили доходы примерно на десяток миллиардов рублей, что сформировало фактический разрыв около 10,5% и одновременно подтолкнуло госдолг вверх — свыше 54 млрд рублей на 1 ноября. Власти обещают представить дорожную карту стабилизации, но уже сейчас понятно: без темпов в налоговых поступлениях и аккуратной долговой политики выдержать «нулевой» план будет трудно (данные и акценты — в публикации «РГ» от 04.12.2025).
Омск и Горный Алтай: ставка на минимальный дефицит
Омская область и Республика Алтай закладывают дефицит менее 1%. Логика проста: удержать социальные обязательства, но не разгонять долг. Это возможно лишь при очень жесткой дисциплине расходов и адресном перераспределении поддержки — от неэффективных льгот к точечным мерам роста. Для граждан это означает аккуратное отношение к долгу и личным расходам. Здесь пригодятся финансовые инструменты с низким риском: например, депозиты с пополнением или на фиксированные сроки — на 1 год, если нужно спрятаться от волатильности.
Кузбасс: тяжелая конъюнктура угля
В Кемеровской области власти прямо говорят: минус по собственным доходам связан с кризисом в угольной отрасли. Для бюджета это двойной удар — снижаются поступления по налогу на прибыль и растет потребность в антициклической поддержке. Такой сценарий вынуждает активнее использовать механизмы рефинансирования и долгосрочные заимствования, чтобы не «резать» критические инвестиционные проекты. Но каждое такое решение добавляет нагрузку на обслуживание долга в последующие годы, что уже сейчас закладывается в параметры финансовых планов, на которые указывает «РГ».
Красноярский край: дефицит выше 14% расходов
У богатого налоговой базой Красноярского края один из самых заметных разрывов — выше 14% от расходов. При этом в 2025-м дефицит удалось сократить поправками: на рост доходов повлияла благоприятная конъюнктура цветных металлов, что уменьшило «дыру» примерно на треть. Но в проекте-2026 все равно остается существенное недофинансирование, а значит — потребность в долговом финансировании и более активной работе с доходной базой. Для домашних хозяйств региона это сигнал: планировать личные бюджеты стоит консервативно, а валютные риски — диверсифицировать, следя за динамикой Доллара США (USD) и общим курсом рубля.
Новосибирская область: рост внутреннего долга и пересмотр льгот
Новосибирский бюджет на 2026 год исходит из дефицита порядка 12% от расходов и планового увеличения внутреннего госдолга — к концу 2026-го он может достигнуть примерно 175 млрд рублей. Одновременно региональные власти обсуждают пересмотр налоговых преференций, включая инвестиционный налоговый вычет: приоритет — поддерживать те проекты, что гарантируют отдачу в ближайшие годы. Такой подход болезненный, но он помогает удержать баланс между развитием и долговой устойчивостью, на чем акцентирует внимание «РГ».
Что это значит для жителей и бизнеса
— Бюджетная дисциплина ужесточится. Региональные траты станут более адресными, а новые инициативы пройдут жесткий «стресс-тест» по эффекту и срокам окупаемости.
— Государственный долг регионов вырастет. Это не катастрофа само по себе, но цена обслуживания долга при высокой ставке ощутима — значит, свободных денег на новые программы будет меньше.
— Бизнесу — «домашнее задание». Компании, которые рассчитывают на льготы, должны доказывать эффект для налоговой базы и занятости. В противном случае преференции будут сокращаться и перераспределяться.
— Домохозяйствам — финансовая «подушка». При нестабильной конъюнктуре разумно хранить часть средств в ликвидных инструментах и избегать импульсивной долговой нагрузки. Если кредит уже есть, имеет смысл пересмотреть условия — от потребительских займов до ипотеки — через онлайн-заявку на рефинансирование или оценку альтернатив по потребительским кредитам.
Куда смотреть в 2026 году
-
Доходы от экспорта сырья. Красноярск показал, что благоприятная конъюнктура по металлам способна быстро «лечить» дефицит, но зависимость от мировых цен — риск сама по себе.
-
Налоговые преференции и их эффективность. Новосибирск уже дает сигнал о «перепрошивке» льгот: в приоритете — проекты с измеримым приростом налогов и рабочих мест.
-
Управление долгом. Вопрос не только в объеме, но и в качестве заимствований: сроки, ставки, доля рыночного и бюджетного кредита. При высокой стоимости денег решение в пользу длинных, но предсказуемых источников выглядит предпочтительнее.
-
Поведение рубля. Слабая национальная валюта удорожает импорт и капитальные закупки, а значит, давит на расходы. Следить за динамикой стоит не только по официальным курсам ЦБ, но и по рынку наличной и безналичной валюты.
Личный финансовый чек-лист для «сибирской зимы»
— Резерв на 3–6 месяцев. Для семейных бюджетов это минимум. Подойдет комбинация коротких вкладов — от краткосрочных до «лестницы» из длинных депозитов.
— Долги под контроль. Если платеж стал тяжелым, сравните ставки и комиссии, оцените рефинансирование.
— Валютная диверсификация. Небольшая доля в «твердых» валютах помогает сгладить колебания. Следите за евро и юанем, но не забывайте о рисках волатильности.
— Не гнаться за «двузначной» доходностью. Высокие проценты часто скрывают повышенный риск. Для сбережений лучше простые и понятные инструменты.
Вывод
Сибирские бюджеты входят в 2026 год с набором старых и новых вызовов: высокая ставка, волатильные рынки и разрыв между ожиданиями и возможностями. Где-то спасает экспортная конъюнктура, где-то — хирургия льгот и дисциплина в расходах. Но общий знаменатель один — без усиления собственной доходной базы и аккуратного управления долгом проблему дефицитов не решить. А жителям и бизнесу остается то, что всегда работало в турбулентности: считать, сравнивать и действовать на шаг раньше.
Справка: что мы узнали из региональных планов
— Томская область: стремление к бездефицитности при фактическом разрыве за 10 месяцев и росте долга.
— Омская область, Республика Алтай: план минимального дефицита.
— Кузбасс: падение доходов на фоне проблем угольной отрасли и вынужденная долговая стратегия.
— Красноярский край: дефицит выше 14% расходов, сокращенный в 2025-м благодаря росту доходов от металлов.
— Новосибирская область: дефицит около 12% и рост внутреннего долга к концу 2026 года с одновременным пересмотром инвестиционных льгот.
